bddeb19a     

Глушков Роман - Эпоха Стального Креста



sf_action Роман Глушков Эпоха стального креста Любой житель Святой Европы на вопрос: «Кто был самым известным еретиком нового времени?» — не задумываясь, ответит: «Жан-Пьер де Люка, прозванный проклятым Иудой, и Эрик Хенриксон, бывший командир охотников-инквизиторов, ставший предетелем и братоубийцей». Один из лучших бойцов механизированного Инквизиционного корпуса Эрик Хенриксон отказался выполнить приказ Пророка, перечеркнув тем самым свою карьеру в спеподразделении Святой Европы и получив заочный смертный приговор без срока давности. Ему приходится сражаться с бывшими братьями по оружию, чтобы спасти близких людей, которых он однажды впустил в свою жизнь.
ru ru Black Jack http://lib.aldebaran.ru FB Tools 2004-05-12 http://www.fenzin.org C40CB1C9-5768-4D7E-9035-D35BF243274D 1.0 Роман Глушков. Эпоха стального креста ЭКСМО Москва 2003 5-699-03536-2 Роман Глушков
Эпоха стального креста
Михаилу Яковлевичу Черненку
за неоценимую моральную и техническую поддержку с искренней благодарностью
Пролог
1
"— Клянусь дьяволом, это голос Бена Гана! — проревел Сильвер.
— Правильно! — воскликнул Морган, приподнимаясь с земли и становясь на колени. — Это был голос Бена Гана!
— А велика ли разница? — спросил Дик. — Бен Ган покойник, и Флинт покойник.
Но матросы постарше презрительно усмехнулись в ответ на его замечание.
— Плевать на Бена Гана! — крикнул Мери. — Живой он или мертвый, не все ли равно?"
Р. Л. Стивенсон. «Остров Сокровищ»Если попросить любого жителя Святой Европы назвать имена самых известных еретиков за последний десяток лет, то он или она не задумываясь ответят: «Проклятый Иуда, он же Апостол-отступник Жан-Пьер де Люка! И, пожалуй, еще его друг, совращенный им Охотник, братоубийца и клятвопреступник Эрик Хенриксон, тот бывший командир отряда, что когда-то повязал самого Люцифера…»
Все это будет сущая правда, кроме одного: уж кем-кем, а друзьями я и Жан-Пьер не были. Более того, когда он прекратил свое бренное существование, я даже и не подозревал о том, что имя мое через некоторый промежуток времени начнут упоминать с его именем практически на равных, так сказать, в одной обойме.
Всезнающая людская молва не делает между нами разницы, что вполне объяснимо: грехи наши пред лицом Господа, Пророка и Апостолов столь чудовищны, что молить о прощении кого-либо из этих вышеупомянутых просто бессмысленно. Но если разобраться досконально, кое-какие отличия все же имеются.
Ну, во-первых, грех, совершенный Жан-Пьером, уже понятен из данного ему Пророком прозвища — Проклятый Иуда. Как и Иуда евангельский, он предал своего наставника и благодетеля, испугался, убежал от возложенного на него тяжелого, но почетного бремени Божьего слуги, опозорил своим малодушным поступком святая святых — непогрешимый институт власти Господа на земном анклаве его, носящем гордое имя Святая Европа. Мой же грех не отличался столь глобальным размахом, но был не менее тяжек и уходил корнями в ту стародавнюю эпоху, когда один из первых пастухов ни за что ни про что убил одного из первых землепашцев, доводившегося ко всему прочему ему кровным братом.
Меня не зря приравнивают к Каину-братоубийце — я действительно убивал тех, кого называл братьями и в верности кому присягал на Святом Писании. Убивал жестоко и беспощадно: нападал первым, стрелял в спины, добивал раненых. .. Они же всего лишь выполняли свой долг, поскольку находились в тот момент у Господа на службе, что только усугубляет мою вину перед ним.
Жан-Пьер де Люка лично никого не убил, и данное обстоятельство можно счита



Назад